- Ты ошибаешься, дорогая, - без убеждения сказал Вадим Кузьмич. - Это не так.

- Что нас ждет хорошего, Вадим? Что нас ждет хорошего в этом году, на следующий год? Что хорошего ждет нас в этой пятилетке?

- О! - воскликнул Вадим Кузьмич, воспрянув. - В этой пятилетке нас ждут большие радости! Мы вышли на первое место по производству чугуна, мы построим более пятисот миллионов квадратных метров жилья! Мы...

- Заткнись. Зачем мы живем, Вадим?

- Могу сказать, для чего жить не стоит.

- Скажи.

- Я думаю, не стоит жить ради того, чтобы подсчитывать чужие успехи. Тем более что от собственных успехов мы в свое время отказались сами.

- Конечно, я знала, что когда-нибудь ты скажешь это, не удержишься. Но ты не прав. Отказались мы не от успехов. Мы отказались от трехсменной твоей работы в шахте, от грязи и копоти, от постоянной ругани, которой тебя осыпали все, от начальника шахты до последнего чертежника. И если мы уж скатились на этот разговор, могу напомнить, что в то время тебе было двадцать пять лет. Впрочем, извини, тогда тебе не было двадцати пяти. А сейчас тебе сорок. И ты через пятнадцать лет решил мне напомнить, что...

Из комнаты вышла Танька, сразу поняла, что разговор у родителей тяжелый, и тут же решила сломать его:

- Папа, а тот дядя, который сказал, что он Волк, он приедет к нам? Он уже едет.

- Наверное, надо убрать?

- Не мешало бы.

- Тогда я начну с большой комнаты.

- Скажи, Танька, - обратилась Наталья Михайловна к дочери, - что тебя больше всего радует?

- Сказки. А тебя?

- Меня тоже, - Наталья Михайловна невесело усмехнулась.